Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 23.07 73.69 -0.8002
EUR 23.07 86.92 -0.6756
Архив номеров

Дети войны

2015-07-03

Её родители - отец Петр Васильевич Сиваков  и мать Маланья Федосовна (Дятлова)  родом из деревни Полицкое. Работали в колхозе имени  «Имени Сталина» на ферме.

     В семье было шесть детей: Иван, Кирилл, Вера, Надежда. Мария, Федора.

     Когда началась Великая Отечественная война, ушли воевать отец и старший брат Иван, с войны не вернулись.

 В деревне остались женщины и дети, которым было чуть- чуть больше 10 лет.

- Приходилась нам, детворе, копать лопатами землю, чтобы посеять зерно, картошку, - рассказывает Вера Петровна. Когда зерно поспевало, мы вместе с матерями жали серпами, затем «молотили», т.е. отделяли зерно от соломы. Большую часть сдавали государству - на трудодни. Остаток делили между жителями деревни. И из этого зерна пекли хлеб. Дети косили в лесах осоку для кормилицы – коровы. Голодали и поэтому на колхозном поле собирали после зимы «глинушки» (гнилую картошку) и пекли лепешки. Немцы в деревню приезжали на мотоциклах. Жителей не били, только спрашивали о партизанах, бесцеремонно заходили в хаты деревенских жителей и забирали хлеб,  яйца и другую снедь. А поросят выволакивали из сарая, грузили в мотоциклы и уезжали.

     В деревне Полицкое стоял немецкий штаб. Вечно голодных подростков привлекала и манила  немецкая кухня, где очень  часто немцы  пекли блины.

- А нас, детей,  было много в деревне, - вспоминает Вера Петровна, -  и мы умоляющими  взглядами  смотрели  на блины, давясь слюной. Немецкие солдаты давали детям  по одному, два блина, а потом прогоняли  со словами.

     Зимой немцы всю детвору  выгоняли  чистить дороги от снега.  Обувки хорошей не было, ходили в лаптях, постоянно мерзли ноги.

Сейчас мне за 80 лет, но не могу не  удивляться, восхищаться мудростью и сообразительностью своей матери, Маланьи Федосовны. Запомнился такой случай, когда  в наш дом пришли немецкие солдаты, чтобы  забрать поросенка, а мать облила его грязью, и фашисты  побрезговали  и не забрали поросенка.

          Отступая, немцы  палили дома, жгли зерно на полях, убивали скот. Тех, кто пытался спасти свое имущество, убивали. Жителям  всей деревней  пришлось уйти в лес под деревню Дедено. Немцы боялись идти в лес, они поджигали траву около леса, и весь дым  клубился на жителей.

     После войны была разруха. Начались полевые работы, для посева не было семян. Вере Петровне вместе  с другими детьми приходилось пешком за зерном ходить из деревне Полицкое  на станцию Понятовка. Мешок килограмм под двадцать несли на плечах в деревню.

- А нам, детям, по 14-15 лет, сами весили по 30-40 кг, - рассказывает Вера Петровна плача, - было очень  тяжело, как только выживали. Пахали на лошадях, которые  были худые, еще не окрепшие после войны.

Запомнилась весна  1948 года, когда засевали зерном поле на Жукотне (так назывался хутор, примерно, в 5-6 км от деревни), сеяли в ручную: насыпали  в ведра  зерно и на вытяжке руки разбрасывали  зерно по полю, а поля то километра три  были.  Начинался рабочий день в 5 утра, заканчивался поздней ночью.

Лепешки, которые брали   матери для свои детей,  съедались к обеду, а до вечера далеко.

- Мы  выколупывали чуть-чуть  проросшие из земли щавель, крапиву, мать-мачеху и ели. Под вечер разболелись у нас животы, так что идти домой  мы не могли. Пришлось ночевать на поле. Некоторые взрослые остались с нами, а остальные пошли в деревню за  лекарством для нас. А таблеток не было. И как  сейчас помню, лекарством были  угольки из русской печки, а запивали  мы их теплым молоком.

     Семья большая была у Веры Петровны, а мать одна. Отец не вернулся  с фронта. И поэтому в 1949 году Вера Петровна уехала к родственникам в Беларусию в город Лида на  «свой хлеб». Устроилась на работу  уборщицей в школу. Половину зарплаты посылала  матери в деревню, так как в колхозе денег не давали, а людей рассчитывали хлебом, картошкой, сеном.

     В 1952 году в городе Лида Вера Петровна встретила своего будущего мужа Николая Федоровича Кубарь и с ним  уехала к нему на родину в город Фрунзе. До рождения в 1953 году дочери  Светланы работала там, в детском саду. В 1956 году родила сына Петра.

     Очень тосковала по своей родимой сторонке. И в 1960 году с семьей приехала в деревню Полицкое к матери. Дом пришлось ремонтировать: крышу перекрывали, так как она была  покрыта соломой,  бревна нижние меняли, делали фундамент.

     Муж Веры Петровны устроился  механизатором в колхоз «Имени Сталина», который позже переименовали  в колхоз «Имени Ленина». Сама Вера Петровна два года работала на подмене дояркой на ферме. В 1962 году  родила дочь Наталью. Когда дочери исполнилось годик,  вышла на работу.

     - В колхозе работы было много: косили косами траву, сушили,  копали картошку и корзинами носили в бурты, жали и молотили зерно.    

Но с годами колхоз возрождался: появились косилки, комбайны для уборки зерна, картофеля, сажалки. Излишки картофеля отвозили  в центральную усадьбу  колхоза в деревню Русское на спиртзавод, продавали молоко от домашних и колхозных коров Шумячскому маслозаводу, лен – Шумячскому льнозаводу.  В деревне была большая ферма  крупного рогатого скота, телятник по выращиванию молодняка, бычарня и средняя школа,  клуб, почта, медпункт, магазин, - с болью в душе, -  вспоминает Вера Петровна, а сейчас  деревня опустошена, все  заросло, поломано.

     Дети выросли, уехали в поселок Шумячи, а  Вера Петровна с мужем жили  в деревне. В 1985 году пошла на пенсию, но до 1990 года работала в бригаде.

     В  марте 1994 года умер муж Веры Петровны.

- Вдвоем легче справляться было  с хозяйством, да и жить веселей, - говорит Вера Петровна.

После смерти Николая Федоровича  в родной деревне  прожила десять лет. В 2004 году переехала поближе к детям, купила дом  в деревне Озерная.

- Может быть, и не поехала еще, - говорит Вера Петровна, - да все жители  деревни начали  разъезжаться  к свои  детям. В деревне стало жить тяжело, магазин закрыли, автолавка  в летний период  еще через день  привозила продукты, а в зимний период – один раз  в неделю, медпункт  тоже закрыли. А здоровье  то пошатнулось, да  и старость  подкралась  незаметно.

  - Я счастливая женщина, -    говорит  сквозь слезы Вера Петровна. Хотя и детство, и юность  были не такие, как сейчас у детей, но  другой  я жизни не хотела бы. И рада , что живу среди своих детей , внуков и правнуков.

     Вера Петровна Кубарь в свои немолодые годы ведет активный образ жизни: встречается со школьниками, посещает мероприятия, митинги, связанные с незабываемыми годами Великой Отечественной войны.

Т. Гришкина.

 

1632

Оставить сообщение:

Рекламный баннер 900x60px bottom